Петкутин

Es muss sein
Спустился снег – тысячеглазый бог
снежинки – радужки, а таянье – прозренье.
Но, прежде чем водой у наших ног
развоплотиться, целое мгновенье
летящий взгляд парит напротив нас
и узнает в телесной оболочке
подобные себе две пары глаз,
чьи малые чернеющие точки
зрачков – как обещание конца,
как жерло пламенеющего ада,
как "Es muss sein"* без пола и лица,
как будто смерть близка… но так и надо.

* Эс мус зайн - Это должно быть (нем.)

Петкутин

* * *
Не сегодня завтра азот закипит в крови
от внезапного всплытия, азбукой Морзе сердце
выбросит позывные смерти: SOS (т.е. c'est la vie),
затараторит, переключаясь на килогерцы.

(Сон это первая фракция смерти как перегонки
соленого в пресное, эмансипация членов,
неумеренная любовь к деталям, дрожание перепонки,
разделяющей на аполлонов и гуинпленов.)

Петкутин

хорошо, когда речь коротка,
и слова – как фотографа птахи –
в ожидании вспышки, щелчка,
в жестком вороте белой рубахи.

хорошо, когда мысли полны
томным соком неясного чувства,
когда ночи – не речи – длинны,
как романы невротика Пруста.

помогите подвинуть кресло!..
мне внутри себя стало тесно
и не дышится... обожглась
о случайное слово... тело,
мое тело садится... село...
и молчит из высохших глаз,
как зверек из-под одеяла.
я сама себя потеряла,
стерла, выстирала... а ты -
милый мой водяной возница -
ты на каждую мне глазницу
положил поцелуй-алтын
и везешь меня в мрак тщедушный;
борода твоя душит, душит -
или форточка не откры...?
тело спит и не видит. Впрочем,
оно что-то еще бормочет -
с каждым выдохом все короче -
ауслаутно; вне игры.