Артем с грохотом ворвался в квартиру, сбросил на полном ходу рюкзак и, не включая тормозов, помчался к себе. Взревели динамики музыкального центра, и тихое пространство нашего жилища заполнилось металлическим лязганьем и визгом.
Совсем недавно я читала о том, что подобная музыка разрушает здоровье, в то время как, например, музыка Моцарта исцеляет. Но не объяснять же это Артему – презрительно покрутит пальцем у виска и решит, что его единственный предок (как же это будет в женском роде?) совсем свихнулся.
Смиренно вздохнув, я подняла с пола потрепанный рюкзачок сына и заглянула в него – мне это милостиво дозволено, поскольку ничего путного с точки зрения Артема там не водится.
Дневник пестрел красными замечаниями и оценками, действующими на мое здоровье не менее разрушительно, чем тяжелый рок.
Потянув за довольно толстый корешок, я извлекла из портфеля незнакомую мне книгу большого формата в цветном леденцовом переплете.
Астрономия… Что-то новенькое для моего сынули. Интересно, кто же ему подсунул эту книжицу?
Я машинально полистала страницы и с недоумением остановилась на цветном развороте. Самые настоящие рентгеновские снимки! Знакомые до тошноты очертания ребер, легких, печени, селезенки… За десять лет работы рентгенологом в районной поликлинике я их насмотрелась более чем достаточно. Только эти снимки, не в пример моим, были загадочными, необычайно красивыми и… цветными!
Обладай мой рентгеновский аппарат такими же возможностями, я бы тоже создавала фотографические шедевры. Ничуть не хуже этих. Но позвольте, причем же тут астрономия?
Еще раз взглянув на обложку и убедившись, что ошибки нет, я начала читать подписи под фотографиями. На меня смотрели… галактики! Среди прочих я отыскала и нашу родную галактику под названием Млечный путь. Что-то она мне напоминала… Что-то удивительно знакомое! Но нужная ассоциация так и не пришла в голову.
Ночью я долго не могла заснуть. Перед глазами то и дело вспыхивали глянцевые рентгеновские снимки необычайной красоты. Кто-то начал шептать мне на ухо странные фразы-образы, и я узнала, что наша галактика – ни что иное, как… орган размножения, а все мы… крохотные сперматозоиды. Живой материал… Для чего? Для кого?
Резкий звонок телефона оборвал то ли видение, то ли сновидение. Я схватила трубку.
- Алло, вахта?! – громко прогнусавил испитой женский голос.
- Квартира! – грубо выкрикнула я, со злостью бросив трубку на рычаг.
Часы показывали без пяти двенадцать.
Выругавшись про себя – совсем совесть потеряли! – я попыталась уснуть и вдруг… ясно вспомнила только что увиденное.
Всю ночь передо мной мелькали звезды, мчались кометы, вращались разноцветные галактики, а где-то в глубине хрупким драгоценным грузом притаилось странное откровение.
Проснувшись, я первым делом открыла книгу и увидела, что галактика Млечный путь в профиль, как две капли воды, напоминает… мужской половой член! Как это я раньше не догадалась?! Развернув фотографию на девяносто градусов, я увидела абсолютное сходство.
Выпрыгнув из постели я, как была в ночной рубашке, метнулась к книжному шкафу. Толстая детская энциклопедия, слизанная из оксфордского издания, стояла на своем месте. Я быстро раскрыла нужную страницу и… села прямо на пол, вернее, на осенний орнамент паласа, покрывавшего всю комнату.
На рисунке красовалась наша галактика в виде… двух слепленных яичниц-глазуний с двумя большими желтками посредине.
- Если посмотреть сбоку, - гласила надпись под рисунком, - то спиральная галактика напоминает два склеенных зажаренных яйца. Несмотря на "детскость" ассоциации, сходство с половым членом ничуть не уменьшилось.
Лихорадочно листая книгу, я узнала, что кроме спиральных галактик, подобных нашей, существуют галактики эллиптические и неправильной формы (все те же хорошо знакомые мне органы человеческого тела).
Я сидела на паласе, ошалело глядя в окно и совершенно не понимая, что мне теперь делать со своим открытием, достойным любого из старожилов психушки.
Во время коротенького перерыва между больными я не удержалась и заглянула в кабинет Романа Ильича, вовсю увивавшегося за мной немолодого хирурга, чтобы осторожно поделиться с ним своим сновидением.
- Дорогая моя! – ответил он на мое откровение насмешливой улыбкой. – Книжки бывают не только медицинскими. Давайте заглянем ко мне после работы – всего на пять минут! – и я покажу вам кое-что.
Соблазн был велик, но я благоразумно отказалась. А на следующий день Роман Ильич встречал меня у дверей поликлиники с беленькой книжицей в руках под непонятным названием "Кабала".
- Это древнееврейское учение, - пояснил Роман Ильич. – Одна из самых таинственных в мире книг.
Он раскрыл книжку на страничке, отмеченной аккуратной беленькой закладочкой, и я увидела строки про… НЕБЕСНОГО ЧЕЛОВЕКА.
Расспрашивать Романа Ильича мне совсем не хотелось, учитывая его стандартную и не совсем адекватную реакцию на любой мой вопрос – приглашение заглянуть к нему домой.
Вернувшись с работы, я опять взялась за книги по астрономии и узнала, что галактики УДАЛЯЮТСЯ друг от друга. Точь-в-точь как органы растущего организма!!
Вечером я долго глядела с балкона в подсвеченную фонарями безжизненную хмарь большого города, представляя себе великий Млечный путь – загадочную светлую тропу, пролегающую через усыпанное звездами небо.
Мы ассоциируем его с разлитым молоком, а, например, украинцы – с рассыпанной солью. По-украински он называется Чумацкий шлях – в память о чумаках, перевозчиках соли, которые возили ее из Крыма. Чтобы не сбиться с пути, они смотрели на звезды.
А он, оказывается, ни то и ни другое, а божественный эликсир жизни для всего КОСМОСА!
И все мы, крошечные суетливые спермики, бестолково несущиеся к одной-единственной цели – НОВОЙ ЖИЗНИ! – ничегошеньки об этой новой жизни не знаем.
Да и кто из нас до нее доберется?
В порыве любви мужчина каждый раз посылает в тело женщины по триста миллионов сперматозоидов! Целый народ! Воистину, когда мы любим, мы становимся подобны богам.
Но из этого огромного народа до цели – новой, удивительной жизни, совсем не похожей на прежнюю, - добирается всего один, изредка два. Остальные гибнут на длинной марафонской дистанции.
Если мы и в самом деле являемся всего лишь промежуточной формой жизни – крошечными сперматозоидами, созданными порывом любви неведомого нам НЕБЕСНОГО ЧЕЛОВЕКА, то можно легко сосчитать, что из пяти-шести миллиардов обитателей земли в эту новую жизнь суждено попасть лишь двум десяткам самых везучих из нас.
А стоит ли эта новая жизнь тех страданий, которые выпадают на долю остальных? Горечи разлук и потерь, ужаса болезней и смерти, невыносимого мрака одиночества?
Ночью мне приснилась наша галактика, наш Млечный путь. Я смотрела на нее со стороны и ощущала в ней движение миллиардов крошечных жизней. Меня переполняли невыразимая нежность и бесконечная любовь к этим невидимым жизням, этому таинственному движению.
Чья это была любовь?
Уж, конечно, не моя. Разве способна ощущать космическую любовь самая обыкновенная врачиха-неудачница, брошенная мать-одиночка, загибающаяся, словно от нехватки кислорода, от тоски по нежности родного, все понимающего человека?
Чудны дела Твои, Господи!
И в этот момент я совершенно отчетливо поняла, что ТАКАЯ любовь ни за что не позволит бесследно сгинуть всем этим существам. И все наши страдания, все наши душевные муки скрывают в себе великий тайный смысл.
ОНИ ГОТОВЯТ НАС К НОВОЙ ЖИЗНИ.
-----------------------------------

© Юлия Пинчук

Рассказ был опубликован в журнале "Славия", Италия, Рим, на итальянском языке.

http://lit-gallery.narod.ru/jp/jp19.html

Ваш комментарий: Имя: Веб-сайт: E-mail:

Enter the string of characters appearing in the picture: Запомнить меня